А.Д. Цирлин, генерал-полковник инженерных войск в отставке, бывший начальник инженерных войск 2-го Украинского фронта

ИНЖЕНЕРНЫЕ ВОЙСКА В КОРСУНЬ-ШЕВЧЕНКОВСКОЙ ОПЕРАЦИИ

А. Д. Цирлин, генерал-полковник инженерных войск в отставке, бывший начальник инженерных войск 2-го Украинского фронтаКорсунь-Шевченковская наступательная операция - од­но из выдающихся событий Великой Отечественной вой­ны. Эта операция была важным этапом в нашем победоносном продвижении на запад и сыграла большую роль в развитии советского военного искусства.

Мне бы хотелось рассказать читателям об инженер­ном обеспечении операции, способствовавшем ее успеш­ному проведению.

Как известно, в районе Корсунь-Шевченковского враг удерживал выступ, глубоко вдававшийся в расположение наших войск. Вражеская группировка (10 дивизий, одна моторизованная бригада, один танковый батальон и 6 дивизионов штурмовых орудий 1-й танковой и 8-й не­мецкой армий) сковывала действия наших войск и пре­пятствовала их продвижению к Южному Бугу. Характер инженерного оборудования обороны гитлеровцев на раз­ных участках корсунь-шевченковского выступа был нео­динаков. Наиболее прочную оборону с развитой системой сооружений и заграждений они имели на верхней точке выступа, на рубеже Кагарлык, Мошны. На участке Мош­ны, Смела ее передний край проходил по очень заболо­ченной местности, препятствовавшей наступлению круп­ных сил наших войск. К югу от Смелы оборона была бо­лее прочной и состояла из двух полос.

Передний край главной полосы проходил по берегам рек Сухой Ташлык и Тясмин. Полоса имела глубину 3-6 километров, ее опорные пункты и узлы сопротив­ления как с фронта, так и с флангов прикрывались мин­ными полями и проволочными заграждениями.

В период подготовки операции основными задачами инженерного обеспечения были: инженерная разведка, оборудование исходного района для наступления, прове­дение инженерно-маскировочных мероприятий по обес­печению скрытности перегруппировок войск и вывода их в исходные районы. Мы должны были также сделать проходы в заграждениях как своих, так и противника, оборудовать командные и наблюдательные пункты.

Наиболее трудоемкими были работы по устройству дорог в исходном районе.

В ходе операции основные усилия инженерных войск 2-го Украинского фронта направлялись на раз­ведку заграждений и их устранение, восстановление и прокладку дорог для наступающих войск, обеспечение закрепления захваченных рубежей и отражение контр­атак.

Чрезвычайно сжатые сроки подготовки операции, конечно, отразились на организации разведки вра­жеской обороны, находившейся перед войсками 4-й гвардейской и 53-й армий. Она проводилась преимуще­ственно с дивизионных и корпусных инженерных наб­людательных пунктов опытными разведчиками-сапера­ми и офицерами из армейских инженерных батальонов. На 2-3 километра фронта имелся один такой пункт. В результате тщательного наблюдения были определены самые удобные подступы к обороне противника, с кото­рых развернули потом боевые действия передовые ба­тальоны, начав этим наступательную операцию.

Для перегруппировки соединений 5-й гвардейской танковой армии, одной стрелковой дивизии и двух ар­тиллерийских бригад с левого крыла фронта на правое необходимо было в течение четырех суток оборудовать рокадную дорогу протяженностью в 135 километров. Решение этой задачи командующий фронтом генерал армии И. С. Конев возложил на инженерные войска. Сделать все это надо было в очень ограниченные сроки, поэтому полосу для рокады разминировали только ши­риной не более 20 метров. Вне этой полосы движение запрещалось.  Съезжать с  рокадной дороги  разреша­лось только на обозначенных участках. Ряд дорог, от­ходивших от рокады, был закрыт для движения.'Это вызывалось тем, что при отступлении противник миниро­вал дороги рокадного направления. В ходе же нашего наступления разминировать их не представлялось воз­можным, так как инженерные войска фронтового подчинения успевали освобождать от взрывоопасных предметов только фронтальные дороги и улицы Киро­вограда.

Разминирование дорог для рокады проводилось од­ним инженерным батальоном (3 саперные роты) и ин­женерным батальоном миноискателей, имевшим 160 собак-миноищеек. С помощью этих четвероногих друзей батальон миноискателей за четверо суток разминиро­вал 60 километров пути, а инженерный батальон -75 километров.

Одновременно с разминированием рокада обознача­лась указателями в предвидении того, что движение по ней будет происходить только ночью. Вдоль границы по­лосы разминирования через 25-30 метров ставились вехи высотой в 2,5-3 метра. На запрещенных съездах с дороги были установлены шлагбаумы. Проезжую часть не укрепляли, ибо ночные заморозки содействовали за­твердению грунта. Днем же на дорогах движения почти не было. Это сохраняло их хорошую проходимость в ноч­ных условиях. Для ремонта, восстановления и укрепле­ния мостов на рокаде под грузы 30 тонн (грузы боль­шего веса не намечались к перегруппировке) были вы­делены два понтонно-мостовые батальона. Рокадная дорога считалась фронтовой, и потому все передвиже­ния по ней планировались штабом фронта. Это обстоя­тельство обеспечило своевременный выход соединений в исходный район для наступления.

Помимо оборудования рокады инженерные войска дооборудовали сеть дорог в исходном районе для на­ступления 4-й гвардейской и 53-й армий. От рокады к районам артиллерийских позиций инженерные войска проложили 205 километров дорог, что составляло около 11 километров дорог на один километр участка проры­ва. В связи с рокировкой 5-й гвардейской танковой ар­мии на правое крыло фронта необходимо было провес­ти ряд демонстративных мероприятий и действий, что­бы убедить противника в том, что к западу от Кирово­града сосредоточиваются наши танки и артиллерия.

Штаб инженерных войск (начальник инженерных войск армии полковник Ф. Г. Подолынный) совместно со штабами артиллерии и бронетанковых и механизиро­ванных войск армии под руководством командующего и штаба 5-й гвардейской армии разработал при моем участии план оперативной маскировки.

Для проведения инженерных мероприятий по обес­печению оперативной маскировки были использованы маскировочная рота фронта и два инженерных батальо­на 14-й штурмовой инженерно-саперной бригады (всего 7 рот).

В период с 18 по 22 января в районах имитации бы­ло изготовлено и установлено: макетов танков-126, макетов орудий -30, чучел бойцов -200. Одновремен­но оборудовались ложные огневые позиции артиллерии, склады горючего и боеприпасов, землянки, щели. Всего было создано 17 ложных складов горючего, 17 землянок и открыто 15 щелей в районах имитации расположения танковых соединений.

Для оживления имитируемых районов устраивались следы от движения гусеничных и колесных машин, пе­реставлялись макеты с одного места на другое, обнов­лялась маскировка, держались наготове очаги для ими­тации горения танков при воздействии авиации и артил­лерии противника. Специально выделенные кочующие орудия имитировали районы сосредоточения войск и показывали действия артиллерии вне районов основных артиллерийских позиций.

Демонстративные мероприятия по имитации направ­ления главного удара в полосе расположения 5-й гвар­дейской армии, действовавшей на вспомогательном на­правлении, себя оправдали. Противник был.в некоторой степени скован на этом направлении.

С 19 по 22 января была развита система ходов сооб­щения и проведено хозяйственное и санитарное дообо­рудование траншей. Работы производились ночью. Вновь открытые ходы сообщения прикрывались маски­ровочными сетями, чтобы не демаскировать систему на­шей обороны, созданную до подготовки к прорыву.

В этот же период началось разминирование своих минных полей перед передним краем на 19-километро­вом участке предстоящего прорыва. Много мин было в глубине исходного района, где проходил ранее обору­дованный  оборонительный   рубеж   (до   18  декабря).

И поэтому для обеспечения ввода в прорыв 5-й гвардей­ской танковой армии и 5-го гвардейского кавалерийского корпуса, а также для безопасности выхода соединений в исходные районы потребовалось осуществить сплош­ное разминирование местности. Всего за шесть дней си­лами войсковых и армейских саперов до 24 января бы­ло снято 41 300 противотанковых мин. К 24 января уда­лось проделать 90 проходов в заграждениях противни­ка, из расчета на стрелковую роту.

Перед передним краем обороны протекала река Су­хой Ташлык. В ходе подготовки к наступлению в бли­жайшем лесу были заготовлены элементы мостов и ле­соматериалы для прокладки подходов к мостам через заболоченную пойму. Мосты предполагалось ставить через каждые 3 километра фронта реки по всей ширине участка прорыва. Это мероприятие дало возможность приступить к сборке мостов на Сухом Ташлыке сразу после обозначившегося успеха в ходе боя передовых батальонов 24 января, благодаря чему главные силы стрелковых дивизий уже с рассвета 25 января перехо­дили через реку по готовым мостам.

Развитая оборона противника перед войсками 2-го Украинского фронта, сооружавшаяся им более месяца, а также глубина операции (войскам предстояло прео­долеть до Звенигородки 75 километров) сказались на количестве и плотности инженерных войск, сосредото­чиваемых на участке прорыва. На 2-м Украинском фронте (в 4-й гвардейской и 53-й армиях) армейская плотность инженерных войск доходила до 5 рот на 1 ки­лометр, фронтовая (с учетом инженерных войск, вхо­дивших в состав фронтового эшелона развития успеха) до 6 рот на 1 километр участка прорыва.

При планировании инженерного обеспечения особое внимание было уделено прикрытию силами подвижных заградительных отрядов левого фланга ударной группи­ровки 53-й армии, внутреннего фронта окружения в 4-й гвардейской армии и внешнего фронта окружения пос­ле выхода в оперативную глубину войск введенной в прорыв 5-й гвардейской танковой армии.

Принятие решения о создании подвижных отрядов заграждения диктовалось наличием танковых соедине­ний противника на внешних флангах армии ударной группировки фронта, а также в составе окружаемой группировки врага.

Подвижные отряды заграждения были сформиро­ваны во всех соединениях. В стрелковых дивизиях они состояли из одного стрелкового взвода с 200 противо­танковыми минами (ПТМ); в стрелковых корпусах - из саперной роты с 300 ПТМ; в армии - из двух са­перных рот с 1000 ПТМ. В исходном районе для нас­тупления были организованы передовые полевые инже­нерные склады на линии дивизионных обменных пунк­тов, где армии имели по 3 тысячи противотанковых мин, а фронт - до 10 тысяч. В стрелковых дивизиях и кор­пусах мины перевозились на повозках, в армии и во фронте - на автомашинах. В среднем армии, действо­вавшие на направлении главного удара, имели перед началом операции по 10-15 тысяч противотанковых мин в подвижных отрядах заграждения и на полевых складах. Такой запас обеспечивал потребности наших инженерных войск в минах для борьбы с танками про­тивника.

Партийно-политическую работу в инженерных ча­стях и подразделениях командиры и политработники организовывали и проводили так, чтобы личный состав был готов в максимально короткие сроки выполнить задания по разминированию, прокладке путей, преодоле­нию препятствий и тем самым создать благоприятные условия для успешного наступления и быстрейшего осво­бождения советских людей от фашистского ига.

В полосе 2-го Украинского фронта операция нача­лась на рассвете 24 января действиями усиленных пе­редовых батальонов из состава 4-й гвардейской и 53-й армий. Каждому из них был придан один саперный взвод. Кроме того, пропуск батальонов через загражде­ния и препятствия на переднем крае обеспечивался си­лами от одной до двух рот дивизионных саперов. Осо­бенно это было важно на направлении, где передний край проходил по реке Сухой Ташлык.

В связи с успешными действиями передовых бата­льонов дивизионные саперы во второй половине дня выдвинулись вслед за ними и приступили к разминиро­ванию и прокладке путей для главных сил стрелковых дивизий. За дивизионными саперами были выдвинуты армейские.

С утра 25 января по разминированным проходам про­шли главные силы первого эшелона 4-й гвардейской и 53-й армий для разития успеха, достигнутого передовы­ми батальонами. В тот же день по сквозным прохо­дам в полосе 53-й армии была введена в прорыв 5-я гвардейская танковая армия. А позднее в полосе 4-й гвардейской армии - 5-й гвардейский Донской кавале­рийский корпус.

27 января гитлеровцы, стремясь ликвидировать про­рыв, начали контратаки с севера и юга в общем нап­равлении на Оситняжку. Для обеспечения отражения контратак вражеских танков и пехоты в ночь на 28 ян­варя фронтовой подвижной отряд заграждения в сос­таве четырех инженерных батальонов под командова­нием полковника А. Д. Мясникова совместно с истребительно-противотанковой артиллерийской бригадой при­крыл с юга ударную группировку 53-й армии.

В семи районах было установлено 9450 противотан­ковых и 1000 противопехотных мин. Такое количество минных заграждений надежно прикрыло южное осно­вание прорыва. На этом направлении на минных полях 28 января подорвалось 5 вражеских танков, а осталь­ные, встреченные сильным артогнем, отошли. Контра­така противника успеха не имела.

С севера силами подвижных отрядов заграждения 4-й гвардейской армии были заминированы все выходы из лесов западнее Пасторского и во взаимодействии с противотанковой артиллерией отражены контратаки танков противника.

Четыре батальона 5-й инженерно-саперной бригады были приданы 5-й гвардейской танковой армии. После ввода этой армии в бой инженерно-саперная бригада двумя эшелонами в ночь на 30 января вошла в прорыв по коридору шириной в 3 километра. В первом эшелоне было два инженерных батальона на автомашинах высо­кой проходимости с 3000 противотанковых мин, во вто­ром- управление бригады и два инженерных батальо­на также на автомашинах с 2000 противотанковых мин.

Совершив марш, первый эшелон 5-й бригады полу­чил от командующего 5-й гвардейской танковой арми­ей генерала П. А. Ротмистрова задачу усилить минные заграждения опорных пунктов на основных маршрутах, проходивших от внутреннего фронта окружения к ли­нии Шпола - Лебедин. Это было связано с контрата­ками противника, стремившегося прорваться в направ­лении Оситняжки. На четырех маршрутах в течение 30 января было поставлено 2750 противотанковых мин.

Второй эшелон бригады во взаимодействии с частя­ми 18-го танкового корпуса 31 января начал минирова­ние на внешнем фронте окружения. В связи с нарастав­шей необходимостью его закрепления в полосе оборо­ны 18-го танкового корпуса 5-й гвардейской танковой армии 1 февраля был введен второй фронтовой подвиж­ный отряд заграждения (два батальона 27-й мотоин­женерной бригады с 3000 противотанковых мин, коман­дир - полковник Н. С. Васильев).

Батальоны 5-й инженерно-саперной и 27-й мотоин­женерной бригад к 7 февраля полностью прикрыли тан­кодоступные направления на внешнем фронте окруже­ния на рубеже Лебедин, Крымки, установив 8340 про­тивотанковых мин и устроив семь километров лесных завалов. Это способствовало тому, что контратаки про­тивника здесь успеха не имели. Он повсюду наталки­вался на огонь наших танков и противотанковой ар­тиллерии, прикрытых противотанковыми минными полями. На направлении Лебедин, Шпола на минах по­дорвались 8 танков врага.

Не добившись успеха на этом направлении, гитлеров­цы начали сосредоточивать мотопехоту с танками в рай­оне Капустине и 9 февраля предприняли контратаку за­паднее Шполы, заняв на противоположном берегу реки Шполка село Искренное. Для восстановления положения сюда были срочно переброшены выведенные в резерв 5-й гвардейской танковой армии два инженерных ба­тальона 5-й инженерно-саперной бригады, действовавшие ранее севернее Шполы и Лебедина. Полностью восста­новить положение на этом направлении не удалось. Но так как фашисты были отброшены за Шполу, срочно по­требовалось закрепить рубеж Стецовка - Юрковка, для чего было установлено 2000 противотанковых мин и взо­рвано 12 мостов через Шполку. Это значительно усили­ло противотанковую оборону 49-го стрелкового корпуса, приданного 5-й гвардейской танковой армии.

Потерпев и здесь поражение, гитлеровцы начали со­средоточивать танки и мотопехоту западнее, в районе Стебное, Юрковка, с целью контратаковать в направле­нии Звенигородки. Чтобы быстрее прикрыть это направ­ление, в течение 11 - 12 февраля были доставлены и установлены 5242 противотанковые мины. Так как дороги стали вовсе непроходимыми для автотранспорта, мины подвозились вьючным способом, на двуколках и перено­сились эстафетой местного населения от одного села до другого (по две мины на человека). Минирование здесь выполнялось двумя батальонами 5-й инженерно-сапер­ной бригады, передислоцированными из района Звени­городки после передачи там всех минных полей 27-й ин­женерно-саперной бригаде. Одновременно инженерны­ми частями 4-й гвардейской армии и 27-й армии, которая с 12 февраля была передана нашему фронту из состава 1-го Украинского, осуществлялось минирование на внут­реннем фронте окружения.

Контратаки, предпринятые врагом со стороны Стеблева на Лысянку, также оказались безрезультатны­ми. На минных полях противник потерял 10 танков.

Следует отметить, что в связи с трудностями подвоз­ки инженерных боеприпасов, имевшиеся в войсках мины очень часто использовались для установки дважды.

Всего в ходе операции на внутреннем и внешнем фронтах окружения только на направлениях действий 5-й гвардейской танковой армии, 27-й и 4-й гвардейской армий на фронте в 80 километров в течение 12 дней было установлено 35 400 противотанковых мин и 6000 противопехотных. Противник потерял на минных полях: танков-52, бронетранспортеров-15, автома­шин -45.

Большую работу инженерные войска проделали по дорожному строительству. До 30 января в отдельных местах еще держался снег и дороги находились более или менее в проезжем состоянии. Но 31 января снег на­чал быстро таять, почва делалась вязкой. В связи с со­здавшимися тяжелыми метеоусловиями командующий фронтом приказал мне организовать работу по обору­дованию маршрута от бывшего переднего края до Лебедина, Шполы, Звенигородки. На этом участке (про­тяженностью 140 километров) с 1 по 12 февраля было занято: 3500 военных строителей, 5 инженерных батальо­нов фронтового подчинения, 3 дорожных батальона и около 3000 местных жителей. Всего в период проведения операции инженерные войска 2-го Украинского фронта отремонтировали, оборудовали и обслужили 854 километра дорог, что при общем фронте наступления в 60 ки­лометров на глубину до 100 километров составило око­ло 15 километров на один километр.

Значение дорожных мероприятий в ходе операции станет более понятным, еСли учесть, что с 29 января по 13 февраля с левого крыла фронта к району окружения было перемещено: два управления стрелковых корпусов, семь стрелковых дивизий, одна танковая и четыре артил­лерийские бригады.

Наряду с разведкой и разминированием путей сапе­ры проверяли наличие мин и фугасов в населенных пунк­тах. Было обследовано четыре крупных населенных пункта. Только в городе Шпола разведка обнаружила 12 заминированных зданий и предприятий, где минеры сняли 48 фугасов.

Победа в Корсунь-Шевченковской операции, достиг­нутая при активном участии инженерных войск 2-го Ук­раинского фронта, имела большое значение: были со­рваны мощные контрудары противника и уничтожена крупная группировка его войск.

Успешные действия инженерных войск в операции явились результатом правильно организованной партий­но-политической работы среди саперов, понтонеров и минеров, мобилизации их на преодоление больших труд­ностей, возникавших при выполнении многообразных за­дач по инженерному обеспечению наступления.

Write a comment

  • Required fields are marked with *.

If you have trouble reading the code, click on the code itself to generate a new random code.
 
 Последние фотографии Леонида Горбенко

   Леонид Горбенко с друзьями в день своего 70-летия
24.12.
2011
Открыт памятникНа старом кладбище увековечен образ первого всенародного губернатора
10.08.
2010
Батяня ушёл из жизниЕго преждевременная кончина стала тяжелой утратой
10.07.
2010
Реабилитирован. Решение суда вступило в законную силу С благодарностью и наилучшими пожеланиями судьям
30.01.
2010
Леонид Горбенко награжден медалью Совета Федерации 70-75% предложений Парламента отправлялись из Совета Федерации на доработку. Сейчас все там единогласно