И.С. Конев, Маршал Советского Союза, бывший командующий 2-м Украинским фронтом

В БЕЗУДЕРЖНОМ ПОРЫВЕ

И. С. Конев, Маршал Советского Союза, бывший командующий 2-м Украинским фронтомВ славную боевую летопись нашего государства навечно вписаны героические подвиги, совершенные Советской Армией во время Великой Отечественной войны. Одной из ярких страниц этой летописи является 1944 год - год решающих побед, в результате которых враг потерпел сокрушительные поражения и был изгнан за пределы на­шей Родины.

Как известно, после битвы на Курской дуге стратеги­ческое наступление Советской Армии во второй половине 1943 года успешно продолжалось и увенчалось крупными победами. На южном крыле советско-германского фрон­та войска 1-го, 2-го, 3-го и 4-го Украинских фронтов до начала 1944 года освободили от врага Киев, Черкассы, Днепропетровск и многие другие города, захватили важ­ные оперативные плацдармы на Правобережной Украи­не. Этими победами были созданы благоприятные усло­вия для проведения новых операций с целью полного освобождения Правобережной Украины и Крыма.

Дальнейшие планы Советского Верховного Главноко­мандования на юге заключались в том, чтобы могучими ударами рассекать вражескую оборону, окружать и уни­чтожать группировки противника по частям. Успешные боевые действия должны были возвратить Родине важ­ные промышленные и сельскохозяйственные районы и открыть путь для наступления Красной Армии на Бал­каны и Польшу.

В соответствии с этим планом освобождение Право­бережной Украины началось проведением ряда фронто­вых наступательных операций, непосредственно предше­ствовавших окружению и разгрому немецко-фашистских войск в районе Корсунь-Шевченковского.

Войска 1-го Украинского фронта под командованием генерала армии Ватутина Н. Ф. (член Военного совета генерал-лейтенант К. В. Крайнюков), отразив контр­удары противника, пытавшегося ликвидировать киевский плацдарм наших войск на Днепре, к середине января 1944 года вышли в район Сарн, на подступы к Шепетовке и Виннице.

Войска 2-го Украинского фронта, которыми довелось командовать мне (члены Военного совета генерал-пол­ковник Сусайков И. 3. и генерал-майор Грушецкий И. С, начальник штаба генерал-полковник Захаров М. В.), от­бросили противника от Днепра более чем на 100 кило­метров и освободили Кировоград.

Войска 3-го Украинского фронта под командованием генерала армии Малиновского Р. Я. (член Военного со­вета генерал-лейтенант Желтов А. С), освободив Днеп­ропетровск и Запорожье, продвинулись от Днепра на за­пад в целом на 50-100 километров.

В среднем течении Днепра гитлеровцам удалось удер­жаться только в районе Канева. Сформировавшаяся здесь корсунь-шевченковская группировка войск противника, используя благоприятную для обороны местность, создала глубокий выступ, вклинившийся в стык между 1-м и 2-м Украинскими фронтами. Эта группировка на­висала над смежными флангами фронтов и сковывала свободу маневрирования наших войск. Враг все еще не желал примириться с тем, что «Восточный защитный вал» полностью рухнул.

Немецко-фашистское командование упорно обороня­ло этот выступ. Было очевидным, что гитлеровский гене­ралитет рассчитывает использовать эту местность как плацдарм для организации наступления с целью восста­новления линии фронта на западном берегу Днепра. Ставка Гитлера и командование оккупационных войск надеялись получить передышку на южном участке сво­его восточного фронта, не ожидая в связи с началом без­дорожья наступления наших войск в прежних масшта­бах. В этот период противник все еще считал, что ему посчастливится сильными ударами сбросить наши войска с плацдармов на Днепре, сохранить богатые промышлен­ные и сельскохозяйственные районы Правобережной Ук­раины и установить связь сушей с крымской группиров­кой своих войск.

Исходя из всего этого, фашистское командование со­средоточило на Правобережной Украине крупные и наи­более боеспособные соединения и части - всего 93 диви­зии, в том числе 19 танковых из 25, действовавших на всем советско-германском фронте. Уступая нам количест­венно в таких родах войск, как пехота, авиация и ар­тиллерия, противник имел некоторое преимущество в танках. Наиболее сильная вражеская группировка - до 10 дивизий - находилась в районах Умани и Кировогра­да. Непосредственно в корсунь-шевченковском выступе оборонялись его правофланговые соединения 1-й танко­вой армии и левофланговые соединения 8-й полевой ар­мии в составе 12 пехотных дивизий, одной танковой диви­зии, одной моторизованной бригады, нескольких отдель­ных танковых батальонов и дивизионов штурмовых орудий.

Наземные войска существенно усиливались авиацией Перед 1-м и 2-м Украинскими фронтами действовал 4-й воздушный флот немцев. В его составе было 450-500 бомбардировщиков, 250-270 истребителей и 230-270 самолетов-разведчиков. Соотношение сил ио бомбарди­ровочной авиации к началу Корсунь-Шевченковской операции было 1:1, но в дневных бомбардировщиках противник имел тройное преимущество. Однако это сво­дилось на нет нашим преимуществом по количеству штур­мовиков, ночных бомбардировщиков и истребительной авиации.

Ликвидация корсунь-шевченковского выступа стала первоочередной задачей 1-го и 2-го Украинских фронтов, развернувших общее наступление с целью полного осво­бождения Правобережной Украины. Выполнить эту за­дачу нужно было как можно быстрее, чтобы не дать про­тивнику возможности укрепить свои оборонные позиции и усилить группировку войск. Это обстоятельство застав­ляло нас провести планирование и подготовку операции в сжатые сроки.

Фронтам, и в частности 2-му Украинскому, пришлось осуществить крупную и сложную перегруппировку войск. Главные силы, действовавшие на левом крыле, в районе Кировограда, в том числе 5-ю гвардейскую танковую ар­мию, предусматривалось незаметно перебросить на север и подготовить для удара. Все это приходилось осущест­влять в исключительно неблагоприятных условиях. От­тепель и связанное с ней бездорожье усложняли действия советских войск.

12 января Ставка Верховного Главнокомандования по­ставила перед фронтами задачу - встречными ударами под основу корсунь-шевченковского выступа окружить и уничтожить оборонявшуюся.группировку. Начало наступ­ления было определено: 2-му Украинскому фронту - 25 января, 1-му Украинскому фронту - 26 января. Раз­ница во времени обуславливалась расстоянием, которое должны были преодолеть ударные группировки фронтов до Звенигородки.

В соответствии с поставленной задачей командование и штабы фронтов разработали планы проведения опера­ции. Эти планы были одобрены Ставкой.

В плане 2-го Украинского фронта учитывалось то об­стоятельство, что после только что закончившейся Киро­воградской операции территория западнее Кировограда была наиболее плотно занята вражескими войсками. Оче­видно, противник ждал нашего дальнейшего наступления и поэтому держал здесь сильную танковую группировку.

Было решено главный удар осуществить севернее Ки­ровограда смежными флангами 4-й гвардейской и 53-й армий, войсками 14 стрелковых дивизий при поддержке главных сил авиации фронта и, прорвав оборону против­ника на участке Вербовка - Васильевка, развивать на­ступление на Шполу и Звенигородку. 5-ю гвардейскую танковую армию, имевшую в своем составе 205 танков, планировалось ввести в бой в полосе 53-й армии. Ее зада­чей было завершение прорыва обороны противника, что­бы затем, стремительно развивая наступление, к концу второго дня выйти в район Шполы и захватить Звениго­родку. Соединившись там с движущимися войсками 1-го Украинского фронта, она должна была вместе с ними со­здать внешний фронт окружения.

4-я гвардейская армия под командованием генерал-майора Рыжова А. И. (с 3 февраля - генерал-лейтенанта Смирнова И. К.), развивая после прорыва обороны про­тивника наступление в общем направлении на Шполу, должна была, взаимодействуя с 52-й армией и резервами фронта, создать по мере продвижения внутренний фронт окружения.

Кроме главного, предусматривалось нанести два вспо­могательных удара: 5-й и 7-й гвардейскими армиями за­паднее и юго-западнее Кировограда и 52-й армией - в направлении Малого Староселья и Городища. Их удары предназначались для отвлечения сил и внимания врага от направления главного удара и прикрытия наших под­линных намерений.

5-й гвардейский Донской кавалерийский корпус пла­нировалось держать в резерве, имея в виду использовать его во взаимодействии с 5-й гвардейской танковой ар­мией для удара по тылам корсунь-шевченковской груп­пировки врага.

Юго-восточнее Белой Церкви в направлении Звени­городки должна была наступать ударная группировка 1-го Украинского фронта в составе 40-й армии под ко­мандованием генерал-лейтенанта Жмаченко Ф. Ф., 27-й армии под командованием генерал-лейтенанта Трофимен-ко С. Г. и 6-й танковой армии под командованием гене­рал-лейтенанта танковых войск Кравченко А. Г. Послед­няя получила задание развивать наступление и завершить окружение вражеской группировки в районе Звенигородки.

Создавать ударную группировку командованию 1-го Украинского фронта пришлось в сложной обстановке. Войска фронта вели упорные бои, отбивая удары врага, наступающего из районов Винницы и Умани. В ударную группировку для проведения Корсунь-Шевченковской операции вначале было выделено 6 стрелковых дивизий.

Задача по прикрытию и поддержке войск с воздуха возлагалась на авиацию 2-й и 5-й воздушных армий. Бом­бардировщики и штурмовики должны были содействовать прорыву вражеской обороны, обеспечить введение в про­рыв подвижных соединений, уничтожать авиацию против­ника над полем боя и прикрывать боевые порядки наших войск.

Подготовка операций осуществлялась в сжатые сро­ки и проходила в напряженной обстановке непрекращаю­щихся боевых действий.

На нашем фронте все перегруппировки проводились ночью, скрытно, с четким регулированием движения по строго определенным маршрутам. В этом отношении сле­дует отметить действия 5-й гвардейской танковой армии, которая, настолько умело осуществила перегруппировку на расстояние 100 километров, что ее выход из района Кировограда был обнаружен противником только после прорыва его обороны.

При перегруппировке войск в направлении главного удара проводились строжайшие меры оперативной мас­кировки и дезинформации. Для этого были созданы лож­ные районы сосредоточения танков и артиллерии, фаль­шивые огневые позиции, иммитировалось продвижение войск и техники. Все это, вместе взятое, обеспечило вне­запность нашего удара и значительно содействовало ус­пеху операции.

Большое внимание Военный совет фронта уделил бое­вой и политической подготовке войск, отработке вопросов организации взаимодействия частей и управления ими, изучению разведки противника, его обороны и т. д.

Важнейшее значение в подготовке войск к операции имела целенаправленная партийно-политическая работа. Широко пропагандировались боевые традиции наших войск и героические подвиги советских воинов. Большая работа была проведена по расстановке партийных и ком­сомольских сил, укреплению партийных организаций под­разделений. Перед наступлением тысячи воинов подали заявления с просьбой принять их в ряды партии и комсо­мола. Важное место занимала политико-воспитательная работа с новым пополнением, состоявшем в основном из жителей только что освобожденных деревень и городов Украины. Бывалые солдаты, сержанты и офицеры знако­мили их с боевыми традициями своих частей, помогали быстрее овладеть боевой техникой и оружием. Все формы и методы партийно-политической и агитационно-массовой работы были направлены на обеспечение успешного вы­полнения боевых задач.

В ночь на 24 января войска фронта перешли в наступ­ление. Командование решило провести короткий, но мощ­ный артиллерийский налет и сразу же начать наступле­ние передовыми батальонами. В случае успеха все было подготовлено для наступления главных сил.

Начавшаяся на рассвете атака передовых батальонов была неожиданной для противника, и они сумели пройти вглубь от 2 до 6 километров. Вслед за передовыми ча­стями были введены в бой главные силы 4-й гвардейской и 53-й армий, успешно продвигавшихся вперед. После на­пряженных боев за опорные пункты и узлы наши войска прорвали оборону врага и овладели селами Телепино, Радивановка, Оситняжка, Писаревка. В этот же день в 14.00 была введена в бой 5-я гвардейская танковая ар­мия, которая к концу дня продвинулась на 18-20 кило­метров и, оторвавшись от стрелковых частей, преодолела вторую полосу обороны противника, овладев Капитановкой и Журавкой. На этих рубежах она закрепилась. Ут­ром 27 января танковые корпусы армии продолжали на­ступление на Шполу.

Противник, понимая, что над его группировкой навис­ла серьезная угроза, начал собирать силы для срыва на­ступления советских войск, в частности, в этот район бы­ли переброшены танковые дивизии с кировоградского направления. На флангах нашего прорыва гитлеровцы создали сильные группировки: на левом - в составе 3 танковых и нескольких пехотных дивизий, на правом - танковой дивизии СС «Викинг» и 3 пехотных дивизий.

27 января обе вражеские группировки начали наступ­ление в общем направлении на Оситняжку. Противник, очевидно, рассчитывал нанести одновременный удар по нашим флангам для того, чтобы ликвидировать прорыв в своей обороне и отрезать от основных сил фронта наши танковые части, которые достигли к этому времени райо­на Шполы. На всем участке прорыва развернулись же­стокие бои. Советские войска мужественно и стойко от­бивали атаки врага. Важную роль в отражении этих атак сыграли наши артиллеристы и танкисты. Сколько поисти­не героических подвигов в эти напряженные дни совер­шили отдельные артиллерийские подразделения и части! Они делали буквально чудеса.

В ходе тяжелых боев в районе Оситняжки положение 5-й гвардейской танковой армии было сложным. Против­ник мелкими группами танков и пехоты выходил на ты­ловые дороги 20-го и 29-го танковых корпусов, пытаясь неожиданным ударом вызвать разлад в их рядах. Неко­торые населенные пункты по несколько раз переходили из рук в руки. В этих условиях танкисты показали уди­вительную стойкость, героически отбивая бешеные ата­ки врага.

Умело руководил действиями танковой армии ее ко­мандующий генерал-полковник танковых войск Ротмист­ров П. А. Мне довелось в это время побывать на его командном пункте, и я видел, с какой выдержкой, знани­ем дела Павел Алексеевич отдавал приказы подчиненным ему офицерам в тревожные часы боя.

Неоценимую помощь наземным войскам оказала авиа­ция, в частности 1-й штурмовой авиационный корпус под командованием генерал-лейтенанта Рязанова В. Г. и ист­ребительный авиационный корпус под командованием генерала Утина А. В.

Для предотвращения угрозы прорыва на флангах ко­мандование фронта ввело свежие силы. Вместе с подо­шедшими стрелковыми войсками 4-й гвардейской и 53-й армий танкисты при поддержке авиации отбили все ата­ки гитлеровцев, решительными действиями отбросили их и значительно расширили фронт прорыва.

В ночь на 28 января было намечено ввести в бой 5-й гвардейский Донской кавалерийский корпус под коман­дованием генерал-майора Селиванова А. Г. Задача кор­пуса заключалась в том, чтобы выйти в тылы врага и, наступая в общем направлении на Марьяновку и Оль-шану, уничтожить его живую силу и технику, дезоргани­зовать управление и во взаимодействии с танкистами, а также с левофланговыми частями 27-й армии 1-го Укра­инского фронта не допустить отхода корсунь-шевченковской группировки противника на юг.

В сложившихся условиях командование фронта требо­вало быстро реагировать на резкие изменения обстанов­ки, чтобы наращивать усилия наступающих войск в глу­бину и на флангах прорыва вражеской обороны.

Весь опыт прошедшей войны показывает, что окруже­ние сильного, активного, маневренного и технически ос­нащенного противника - дело весьма сложное. Обстанов­ка в условиях операции на окружение так резко меняет­ся, что нужно успеть быстро охватить главное и принять немедленные решения. Возникает множество узких мест и опасностей. Нужно усиливать войска, которые развива­ют прорыв и рассекают фронт обороны, отбивать флан­говые атаки у основания прорыва, вводить войска для создания внешнего и внутреннего кольца окружения. По­требность в войсках в процессе любого боя, как известно, беспрерывно увеличивается (для этого и создаются вто­рые эшелоны и резервы), а в операциях на окружение она неизмеримо возрастает. Отсюда возникает необходи­мость широко применять маневрирование войсками.

Исходя из конкретных условий обстановки, командо­вание фронта осуществило ряд перегруппировок войск за счет других, менее активных участков фронта. Эти части направлялись для усиления 4-й гвардейской, 53-й и 5-й гвардейской танковой армий, действовавших на главном направлении. Благодаря своевременно принятым мерам удалось не только отбить бешеные атаки больших сил противника на флангах прорыва, но и успешно раз­вивать наступление с целью завершения окружения груп­пировки врага.

28 января 20-й гвардейский танковый корпус под ко­мандованием генерал-лейтенанта Лазарева И. Г. двумя своими бригадами достиг Звенигородки. Первыми ворва­лись в город части 155-й и 8-й гвардейской танковых бригад. Навстречу им с запада прорвались воины 233-й танковой бригады 1-го Украинского фронта. Таким обра­зом, танковое кольцо наших войск в районе Звенигород­ки сомкнулось, и этим было положено начало окруже­нию всей корсунь-шевченковской группировки. Но это кольцо не было сплошным. Для создания внутреннего фронта окружения вслед за танковыми корпусами насту­пали соединения 27-й, 4-й гвардейской армий и 5-го гвар­дейского кавалерийского корпуса, усиленные артиллери­ей. Уже 31 января был создан мощный фронт окружения. Всего в кольце наших войск оказалось 10 дивизий и одна бригада - около 80 тысяч солдат и офицеров противника, до 1800 пушек и минометов, более 250 танков и много другой военной техники.

Оказавшись перед фактом окружения, .противник на­чал стягивать свои танковые силы для того, чтобы выру­чить эти войска. В районе Новомиргорода он сосредото­чил 4 танковые дивизии.

Для создания внешнего фронта окружения коман­дующему 5-й гвардейской танковой армией был подчинен 49-й стрелковый корпус в составе 4 дивизий, артиллерии и инженерных войск. Была усилена стрелковыми войска­ми также и 6-я танковая армия 1-го Украинского фронта, которой был придан 47-й стрелковый корпус. К флангам этих армий примыкали части 53-й и 40-й армий. Танко­вым армиям было приказано, в связи с сильными контр­атаками танковых дивизий противника, создать мощную оборону, прежде всего противотанковую, широко исполь­зуя минные поля и другие средства заграждения.

В период с 1 по 3 февраля неоднократные массирован­ные атаки танков противника со стороны внешнего коль­ца окружения в полосе 2-го Украинского фронта были отбиты. Большую роль в этом наряду с танковыми под­разделениями сыграла и наша артиллерия, руководимая командующим артиллерией фронта генералом Фоми­ным Н. С. На пути танкового тарана врага неизменно создавался непреодолимый барьер плотного артиллерий­ского и танкового огня. Все попытки гитлеровцев про­рвать внешнее.кольцо в полосе нашего фронта терпели неудачу.

Тогда немецко-фашистское командование перемести­ло центр тяжести боев в полосу 1-го Украинского фрон­та, сосредоточив на узком участке 3 танковые и несколь­ко пехотных дивизий. Одновременно в полосе нашего фронта 3 танковые дивизии гитлеровцев возобновили свои атаки в районе Товмача.

Ценой крупных потерь противнику удалось в районе Рызино вклиниться в нашу оборону. Командование 1-го Украинского фронта перебросило сюда стрелковые вой­ска и артиллерию; кроме того, на этот участок прибыла из резерва 2-я танковая армия под командованием гене­рал-лейтенанта танковых войск Богданова С. И. В ре­зультате противник был остановлен и его попытки про­рваться к окруженным войскам сорваны.

Следует сказать о характерных особенностях в дейст­виях противника, предпринимавшего отчаянные попыт­ки выручить из окружения свою группировку. Он подтя­нул к внешнему фронту окружения 8 танковых и 7 пе­хотных дивизий и, изменяя направление ударов, пытался вначале прорвать его в полосе 2-го Украинского фронта. Натолкнувшись на сильную артиллерийско-танковую обо­рону, гитлеровцы начали перемещать свои удары с вос­тока на запад.

На внутреннем кольце войска 2-го Украинского фрон­та вели активные наступательные бои по расчленению и уничтожению окруженных частей. Здесь противник упор­но оборонял каждый рубеж, каждый населенный пункт, но наши воины, преодолевая его бешеное сопротивление, настойчиво продвигались вперед все более стискивая в железных клещах окруженную группировку.

Немецко-фашистское командование сделало попытку организовать снабжение боеприпасами, продовольствием и горючим своих окруженных войск воздушным путем. Но наша авиация и зенитная артиллерия почти полнос­тью сорвали эти планы. За несколько дней было уничто­жено около 200 транспортных самолетов врага.

8 февраля советское командование для того, чтобы избежать ненужного кровопролития, предъявило окру­женным войскам ультиматум - сложить оружие. Но гитлеровские генералы отклонили это гуманное предложе­ние. Бои возобновились с новой силой.

8, 9 и 10 февраля противник осуществлял бешеные атаки с целью выхода из кольца. В то же время на внеш­нем фронте шли тяжелые бои с крупными танковыми силами, пытавшимися прорваться к окруженным. Натиск фашистов на внешнем фронте на Лысянку и атаки из кольца на Шендеровку осуществлялись с единственной целью - соединиться с окруженными войсками и освобо­дить их.

Из обстановки было ясно, что фашистское командо­вание и в дальнейшем будет проводить натиск с внешне­го и внутреннего фронтов, причем особенно большого на­тиска можно было ожидать от врага в полосе 1-го Ук­раинского фронта. Исходя из этого, я решил вывести на правый фланг фронта, в созданный коридор, сначала 29-й танковый корпус под командованием генерал-майора Кириченко И. Ф., а затем и главные силы 5-й гвардей­ской танковой армии. Перед ними была поставлена за­дача: не допустить прорыва противника на стыке двух фронтов и ускорить разгром гитлеровских войск в «кот­ле». С этой целью сюда было переброшено несколько дивизий 4-й гвардейской армии и на 180 градусов развер­нут 5-й гвардейский кавалерийский корпус. Они должны были оказать помощь 27-й армии 1-го Украинского фрон­та, отбивавшей жестокие атаки врага.

11 февраля противник в составе 8 танковых и 8 пехот­ных дивизий снова перешел в наступление на внешнем фронте. Развернулись ожесточенные бои, в ходе которых советские войска еще раз показали образцы стойкости и героизма. Только немецкие танковые дивизии, наступав­шие из района Рызино, сумели потеснить наши части и выйти в район Лысянки. Однако дальнейшее их наступ­ление контрударами войск 2-го и 1-го Украинских фрон­тов было остановлено, и враг вынужден был перейти к обороне.

С утра 12 февраля войска окруженной группировки нанесли удар из района Стеблева в общем направлении на Шендеровку, рассчитывая прорвать фронт и выйти на соединение со своими частями. С отчаянием обречен­ного враг, несмотря на потери, бросал своих солдат в бой. В полосе 27-й армии ему удалось пробиться и вый­ти в район Шендеровки. Расстояние между окружен­ной группировкой и войсками противника на внешнем фронте сократилось до 10-12 километров. Создалась угроза выхода врага из окружения. Это был наиболее критический день операции. Командование наших фрон­тов приняло неотложные меры для ликвидации этой угрозы. С других участков фронта сюда были перебро­шены танковые части и стрелковые войска, артиллерия и инженерные части. В результате противник на участке 27-й армии был окончательно остановлен. Большую роль в достижении этой цели сыграло своевременное введение в горловину коридора частей 5-й гвардейской танковой армии и 5-го гвардейского кавалерийского корпуса, вхо­дивших в состав нашего фронта.

Для объединения усилий всех войск, действовавших против окруженной группировки, учитывая, что большая часть из них принадлежала 2-му Украинскому фронту, Ставка Верховного Главнокомандования 12 февраля по­ручила мне руководство войсками для быстрейшего унич­тожения корсунь-шевченковской группировки и подчини­ла мне 27-ю армию 1-го Украинского фронта.

В связи с новым заданием я вылетел на командный пункт 4-й гвардейской армии, находившийся в коридоре между внутренним и внешним фронтами окружения, для того чтобы ближе быть к войскам и на месте принимать меры по уничтожению группировки.

Личный состав фронта был нацелен на активные и стремительные действия с целью расчленения и уничто­жения врага. Одновременно были приняты меры по уси­лению войск, действовавших на внешнем кольце в на­правлении на Лысянку, и установлению более тесного взаимодействия с войсками 1-го Украинского фронта.

Для улучшения положения 27-й армии непосредствен­но в район передового командного пункта командующего (село Журжинцы) выводился 18-й гвардейский танковый корпус. Подход 5-й гвардейской танковой армии, пере­броска дивизий 4-й гвардейской армии давали возмож­ность организовать быстрый разгром и пленение окру­женной группировки.

Задача 5-й гвардейской танковой армии, связанная с маневром на новом направлении, была достаточно тя­желой. Непролазная гр^язь сковывала продвижение тан­ков. Однако этот маневр необходимо было обязательно осуществить, и он был успешно проведен. Выход танковой армии в предназначенные для нее районы обусловил ак­тивный разгром окруженных дивизий и исключил ма­лейшую возможность прорыва группировки гитлеровско­го генерала Штеммермана к действовавшим с внешнего фронта войскам. Последующие события подтвердили это.

Авиация фронтов нанесла удары по танковым частям противника, парализовала действия вражеской авиации, пытавшейся оказать помощь окруженным дивизиям. Вме­сте с тем советские летчики надежно прикрывали наши войска с воздуха. Следует при этом отметить, что авиа­торы, несмотря на исключительно неблагоприятные по­годные условия, выполнили свою задачу блестяще.

В качестве примера можно привести эпизод ночной бомбардировки врага. Мне доложили, что в районе Шен­деровки наблюдается большое скопление машин и тан­ков, а также пехоты. Нужно было немедленно сбросить туда осветительные и зажигательные бомбы и тем самым выгнать гитлеровцев в открытое поле. Я понимал, что выполнение этой задачи в сложных метеорологических условиях будет, разумеется, связано с риском. В разго­воре по телефону командующий 5-й воздушной армией генерал-лейтенант Горюнов С. К. объяснил мне трудно­сти полетов при неблагоприятной погоде. Я предложил ему обратиться к летчикам с просьбой добровольно вы­лететь на выполнение боевого задания. На этот призыв 18 экипажей самолетов 392-го авиационного полка 312-й авиационной дивизии доложили о готовности немедленно вылететь на бомбардировку. Первым поднялся самолет капитана Заевского В. А. и штурмана - младшего лей­тенанта Лакатоша В. П. Они сбросили зажигательные бомбы в районе скопления войск и боевой техники врага Загорелись машины и повозки. Удачно осуществили бом­бардировку и другие экипажи. Используя огни пожарищ как ориентиры, по врагу ударила наша артиллерия.

И теперь, вспоминая этот эпизод,- полет наших лет­чиков ночью, во время метели и сильного ветра на та­кой легкой машине как ПО-2, я чувствую гордость за советских воинов. Это яркий пример мужества и героизма, духовной красоты советского воина, идущего на подвиг во имя Родины!

Хотелось бы кратко остановиться на таком вопросе, как руководство войсками при проведении операции по окружению и разгрому крупной группировки противни­ка. В такой сложной и динамичной обстановке было не­мало трудностей, однако на главные события и решаю­щие изменения на фронте удалось реагировать своевре­менно. При руководстве войсками широко использова­лись все технические средства связи. Но личное общение командиров с подчиненными, как показывает практика, наиболее действенный способ управления войсками. Для продвижения и выездов в условиях бездорожья коман­дующими широко применялись самолеты ПО-2 и танки. Надежному руководству также способствовало прибли­жение командных пунктов командующих армиями, ко­мандиров корпусов и дивизий к войскам. Так, наблюда­тельный пункт командира 5-й гвардейской воздушно-де­сантной дивизии генерала Афонина П. И. находился за полтора километра от противника в направлении его воз­можного прорыва. Это позволило не только своевременно установить начало движения фашистов из района Комаровки, но и срочно принять необходимые меры для лик­видации попытки прорыва из окружения.

Как же разворачивались события в дальнейшем? Продолжая напряженные бои, войска 2-го Украинско­го фронта до средины февраля сомкнули кольцо окру­жения до предела. Данные разведки свидетельствовали о том, что гитлеровцы сделают попытку прорваться. За­гнанные в ограниченный район, прилегающий к населен­ному пункту Шендеровка, они имели две возможности - сдаться или прорваться напролом. И действительно, по­теряв всякую надежду на помощь извне, командование окруженной группировки в ночь на 17 февраля решило осуществить последнюю отчаянную попытку вырваться из «котла».

Снегопад и метель в какой-то мере отвечали планам оккупантов, рассчитывавших незаметно выскользнуть из кольца. Однако удары нашей авиации и артиллерии сме­шали эти планы. После бомбардировки и артиллерийско­го обстрела противнику нужно было время, чтобы наве­сти порядок в своих подразделениях, и, таким образом, его расчеты на внезапность, ночь и метель провалились.

Войска, принимавшие участие в разгроме окруженной группировки, были предупреждены о намерениях гитле­ровцев. Бдительность была наивысшей. Командование всех ступеней, офицеры штабов, командиры частей и под­разделений, орудийные расчеты и танковые экипажи на­ходились на своих местах.

В 3 часа ночи гитлеровцы, под прикрытием сильного снегопада и метели, плотными колоннами двинулись из района Шендеровки и Хилек на наши позиции. Натиск врага приняли на себя части 27-й и 4-й гвардейской ар­мий. Одновременно была отдана команда 18-му и 29-му танковым корпусам и 5-му гвардейскому кавалерийскому корпусу: продвигаясь навстречу врагу, пленить его или уничтожить.

17 февраля со всей группировкой врага было по­кончено. За бессмысленное и преступное упорство гит­леровского командования, отклонившего 8 февраля наш ультиматум о капитуляции, заплатили ценой своей жиз­ни десятки тысяч немецких солдат. Вот что рассказали о последних днях окруженной группировки пленные из танковой дивизии СС «Викинг»: «Мы были в отчаянии. В ночь на 17 февраля солдатам выдали по усиленной порции водки и разрешили съесть неприкосновенный за­пас продуктов. В 2 часа был объявлен приказ, в котором говорилось, что на помощь извне рассчитывать больше не приходится. На рассвете была осуществлена послед­няя и самая отчаянная попытка вырваться из кольца. В нашей колонне впереди шла дивизия СС «Викинг», за ней - мотобригада «Валония». Замыкали колонну штабы и остатки 72-й и 112-й пехотных дивизий. Пушки, авто­машины, все военное снаряжение и даже личные вещи приказано было бросить. Едва мы прошли 300 метров, как на нас двинулись русские танки. Они ворвались в гу­щу колонн и гусеницами утюжили и давили ряды солдат. За танками появились казаки. Вся колонна была уничто­жена. Нам удалось спрятаться около разбитых автома­шин. Утром следующего дня мы сдались в плен».

Так закончилась полным разгромом и пленением окруженной группировки врага Корсунь-Шевченковская операция. В ходе боев противник потерял 55 тысяч сол­дат и офицеров убитыми и ранеными, свыше 18 тысяч пленными, а также большое количество боевой техники и вооружения. В результате этой победы были сильно ослаблены и деморализованы немецко-фашистские войска, действовавшие на Правобережной Украине, созда­вались благоприятные условия для разворачивания даль­нейшего наступления к Южному Бугу и Днестру.

18 февраля Москва от имени Родины салютовала 20 артиллерийскими залпами из 224 орудий в честь новой победы Советских Вооруженных Сил. Войскам, прини­мавшим участие в разгроме вражеской группировки, бы­ла объявлена благодарность. Многим частям и соедине­ниям присвоено почетное наименование «Корсуньских». Тысячи советских воинов за отвагу и героизм в боях бы­ли награждены орденами и медалями СССР, десятки наиболее отличившихся были удостоены звания Героя Советского Союза.

Теперь, когда я вспоминаю Корсунь-Шевченковскую битву, мне еще раз хочется особенно отметить действия наших танковых войск - ведущей силы в операции по окружению и разгрому группировки врага. Бесстрашно сражались все наши воины - пехотинцы, артиллеристы, летчики, саперы и связисты. Действуя в условиях непо­годы и бездорожья, в сложной обстановке, отдавая все свои духовные и физические силы, преодолевая трудно­сти и лишения, они с честью выполнили задание, снова показали всему миру, на что способны советские солда­ты, верные сыны Отчизны. Много сотен и тысяч воинов отдали свою жизнь за эту победу. Советский народ бу­дет вечно хранить светлую память об известных и неизве­стных героях, погибших смертью храбрых в боях за сво­боду и независимость нашей Родины.

Вместе с воинами регулярных войск мужественно бо­ролись в тылу врага партизаны. Так, в центре кольца окружения отважно сражались народные мстители пар­тизанского соединения «Рыжего».

Неоценимую помощь оказывало нашим войскам ме­стное население. Мужчины в освобожденных районах добровольно вступали в ряды регулярных частей, кото­рые вели боевые действия против врага. Только в одной деревне Квитки около 500 человек влилось в 180-ю стрел­ковую дивизию и здесь же, на околице своей деревни, вступили в бой с контратакующим противником. Женщи­ны, старики и подростки этого села рыли окопы, подно­сили патроны, снаряды, выносили с поля боя раненых и оказывали им помощь.

Вот пример героизма простой советской девушки, ком­сомолки Кати Бобровицкой, которая в бою за родную деревню Гули заменила раненого солдата и огнем из его пулемета отбила несколько атак пехоты врага, уничто­жив при этом много фашистов. Позднее за этот подвиг Кате была вручена высокая правительственная награда.

В Корсунь-Шевченковской операции советское воен­ное искусство снова превзошло немецкое. Советская Ар­мия показала свое моральное и материальное превосход­ство над противником, еще раз подтвердила, что нашим отважным воинам под силу любые задачи, в том числе и такие сложные, как окружение и разгром больших групп войск противника.

Наши командиры, беспредельно преданные Коммуни­стической партии и советскому народу, не жалели сво­ей жизни во имя победы, показали свое превосходство над гитлеровскими офицерами и генералами.

Добрым словом хочется вспомнить первого члена Военного совета фронта генерал-полковника Ивана За­харовича Сусайкова, много и плодотворно поработавше­го над политическим воспитанием личного состава и мо­билизацией его на успешное осуществление боевых задач, над обеспечением войск всем необходимым для боевых действий.

Как я уже говорил, Корсунь-Шевченковская битва осуществлялась в самый разгар предвесеннего бездоро­жья. В этих условиях было чрезвычайно сложно снабжать войска боеприпасами, горючим и продовольствием. Этим тяжелым участком работы руководили второй член Во­енного совета генерал-майор Иван Самойлович Грушецакий и начальник тыла - генерал-лейтенант Владимир Иванович Вострухов. Они зарекомендовали себя способ­ными организаторами, неутомимо заботясь о бесперебой­ной поставке соединениям и частям всего необходимого для боя.

Из командующих армиями мне хотелось бы прежде всего отметить заслуги генерал-полковника танковых войск Павла Алексеевича Ротмистрова. Я с удовольстви­ем поздравил Павла Алексеевича с завершением Корсунь-Шевченковской битвы и заодно с присвоением ему впер­вые установленного в нашей армии звания «Маршала бронетанковых войск».

Большую роль в успехе операции сыграла 5-я воздуш­ная армия, которой командовал генерал-лейтенант авиа­ции Сергей Кондратьевич Горюнов. Это достойный пред­ставитель нашей доблестной авиации, человек с открытым и прямым характером, простой и доступный для подчи­ненных. Хорошо зная тактику использования авиации, он вместе с тем понимал природу современного боя на зем­ле и направлял усилия летчиков на оказание помощи су­хопутным войскам. Это содействовало налаживанию взаимодействия воздушных сил с наземными соединения­ми и частями фронта, повышению эффективности ударов, наносимых по врагу авиацией.

Умелыми и решительными военачальниками зареко­мендовали себя командующие армиями - генерал-лейте­нант Трофименко С. Г., генерал-лейтенант Смирнов И. К., генерал-лейтенант Коротеев К. А., генерал-лейтенант Галанин И. В., большинство командиров соединений и ча­стей, особенно командиры корпусов - генералы Селива­нов А. Г., Кириченко И. Ф., Полозков В. И. Каждый из них внес свой вклад в дело разгрома врага и заслужива­ет глубокой благодарности.

Успешно организовывали руководство частями и бое­вое обеспечение операции офицеры штаба и начальники родов войск фронта. Хочется особенно отметить полезные и инициативные действия начальника инженерных войск фронта генерал-майора Цирлина А. Д., командующего бронетанковыми и механизированными войсками фронта генерал-майора Куркина А. В.

Своеобразие Корсунь-Шевченковской битвы заклю­чалось в том, что она развивалась чрезвычайно маневренно. В ходе операции широко практиковались перегруп­пировки войск, ударные группировки беспрерывно усили­вались за счет других, действовавших на менее активных участках фронта. Для усиления войск, непосредственно принимавших участие в операции на окружение, из дру­гих армий было переброшено большое количество стрел­ковых, танковых, артиллерийских и инженерных частей. Так было и на 2-м и на 1-м Украинских фронтах.

Окруженная группировка беспрерывно атаковала, стремясь вырваться навстречу действовавшим извне вой­скам. Именно это и определило такие резкие изменения обстановки и маневренный характер боев.

В этой сложной операции, безусловно, ведущую роль сыграли подвижные соединения 5-й гв. и 6-й танковых ар­мий. Стремительно продвигаясь навстречу друг другу, они на третий день соединились в районе Звенигородки, отре­зали корсунь-шевченковскую группировку врага от его главных сил. Такое быстрое передвижение танковых соединений, отрыв их от полевых армий и смелый ма­невр в тылы врага типично для подвижных войск, дей­ствия которых обеспечиваются и закрепляются общевой­сковыми армиями, авиацией, артиллерией.

Корсунь-Шевченковская операция - очень сложная и в то же время очень интересная как в тактическом, так и в оперативном отношении. Имея много общего с бит­вой на Волге, в частности, по формам маневра и реши­тельности цели, она, несомненно, отличается от нее рядом особенностей.

Корсунь-Шевченковская операция осуществлялась без паузы. Здесь, например, еще в ходе боев на окружение на ряде участков наши войска наносили расчлененные удары, пытаясь уничтожить группировку противника по частям. При этом окруженный враг не только оборонял­ся, а беспрерывно маневрировал и неоднократно делал попытки прорвать кольцо и соединиться со своими войс­ками, наступающими для выручки извне. Разъединяв­ший обе группировки коридор в наиболее узком месте составлял 12 километров. Немецкие соединения, наносив­шие удары с внешнего фронта, в составе 15 дивизий (из них - 8 танковых), начиная со второго дня операции на протяжении 20-22 дней, т. е. до ликвидации врага, не­прерывно атаковали наши войска.

Таким образом, в этой битве нашли свое полное от­ражение внезапность и сокрушительность ударов, широ­кое маневрирование и выход на тылы, быстрота действий и перегруппировок, стойкость в обороне и настойчивость в наступлении.

Корсунь-Шевченковская операция приобрела большой пространственный размах и втянула в действие с двух сторон большое количество войск и техники. Со стороны противника, в частности, в боевых действиях принимало участие около 26 дивизий, в том числе 9 танковых, круп­ные силы авиации, громадное количество боевой техни­ки. Все это было в ходе боев почти полностью разгром­лено нашими войсками. Ликвидация корсунь-шевченков-ского выступа и оборонявшей его группировки устранила угрозу удара противника во фланг и в тыл войскам 1-го и 2-го Украинских фронтов и этим обеспечила возмож­ность маневрирования советских войск вдоль линии фрон­та. В результате успешного завершения битвы противник был окончательно отброшен от Днепра в его среднем те­чении.

Write a comment

  • Required fields are marked with *.

If you have trouble reading the code, click on the code itself to generate a new random code.
 
 Последние фотографии Леонида Горбенко

   Леонид Горбенко с друзьями в день своего 70-летия
24.12.
2011
Открыт памятникНа старом кладбище увековечен образ первого всенародного губернатора
10.08.
2010
Батяня ушёл из жизниЕго преждевременная кончина стала тяжелой утратой
10.07.
2010
Реабилитирован. Решение суда вступило в законную силу С благодарностью и наилучшими пожеланиями судьям
30.01.
2010
Леонид Горбенко награжден медалью Совета Федерации 70-75% предложений Парламента отправлялись из Совета Федерации на доработку. Сейчас все там единогласно